– О Боже, – почтительно ахнула Джесси. – Значит, твоя бабка и моя свекровь в чем-то схожи?
– Да, но моей не хватает осмотрительности Вильгельмины. Она всегда говорит то, что думает, и с неподдельным энтузиазмом охотится на своих жертв.
– Мы просто счастливы, что видим ее не чаще раза в неделю, – честно призналась Джесси. – Если ты еще не понял, она меня ненавидит. И вечно с невинным видом говорит гадости. Иногда мне даже хочется, чтобы она, как твоя бабка, высказалась напрямик.
– Собственно говоря, нужно быть полной тупицей, чтобы не понять, что тебя облили грязью с головы до ног, – засмеялся Джеймс.
– Моя бабушка, как и Вильгельмина, ненавидит всех женщин в семье. Единственная, кого она не изводит, – это моя тетка Мелисанда, – пояснил Джейсон и со вздохом добавил: – Но я отчаянно хочу увидеть родителей, брата, Корри и племянников. И самое странное, что понял это только сегодня утром.
– До или после того, как покинул дом Люсинды? – насмешливо осведомилась Джесси.
– По правде говоря, до, – сухо сообщил Джейсон с самым бесстрастным выражением лица. – Она очень удивилась, когда я вылетел из постели так быстро, словно сам сатана гнался за мной.
– Нам будет не хватать тебя, Джейсон, – призналась Джесси, беря мужа за руку. – Но в августе мы снова будем вместе.
Она храбро улыбнулась, сморгнула слезы и бросилась в объятия Джейсона.
– Я всегда хотела иметь брата, и Господь наконец исполнил мое желание.
– Он и мне дал брата, – согласился Джеймс. – Благородного, порядочного и умного. Что бы ни случилось пять лет назад, Джейсон, пора бы забыть прошлое.